Российская экономика сталкивается с сочетанием проблем: удары по нефтеперерабатывающим заводам сокращают выпуск бензина, а одновременное падение мировых цен на нефть серьёзно бьёт по нефтегазовым поступлениям.
Что происходит с топливом и производством?
Масштабные нападения на нефтепереработку заметно снизили выпуск бензина: по оценкам отраслевых источников, в июне производство бензина упало примерно на 25% по сравнению с прошлым годом и с мартом. Это вызвало рост цен, ввод ограничений на продажу топлива в отдельных регионах и убытки у нефтеперерабатывающих компаний.
Почему бюджет пока не рухнул
Налоговая структура обеспечивает большую часть доходов через сборы с добычи нефти, а не с её переработки. Поэтому сокращение работы НПЗ ещё не привело к пропорциональному падению добычи: избытки сырья перенаправляют на экспорт, что смягчает моментальный удар по федеральным поступлениям.
Ключевой фактор — мировые цены на нефть
После разблокировки Ормузского пролива мировые цены на нефть вернулись к уровням, характерным до обострения на Ближнем Востоке. Это уже привело к реальному сокращению нефтегазовых доходов, с которым внутренняя конвертация проблем НПЗ в дефицит в бюджете совмещается и даёт более масштабный эффект.
Варианты давления на экспорт
Эксперты предлагают меру, направленную на ограничение прохода так называемого «теневого флота» через узкие морские коридоры (в частности, через датские проливы). Полная блокада выглядит маловероятной из‑за риска эскалации, но усиление проверок судов, задержания и серьёзные штрафы могут значительно повысить стоимость обхода санкций и снизить доходы, используемые для финансирования вооружённых действий.
Последствия для населения
Жители крупных городов уже ощутили последствия: пожары, следы нефтепродуктов в воздухе, дефицит топлива и убытки для бизнеса. Атаки на инфраструктуру и связанные с этим ограничения усиливают экономическую нестабильность и влияют на общественные настроения.
