«Стена дронов» и рост потерь российской армии: до 9 тыс. погибших в месяц и почти 1,2 млн общих потерь

Эксперты отмечают резкий рост потерь российских войск после появления «стены дронов»: в 2026 году в среднем около 9 тысяч погибших в месяц, общие потери приближаются к 1,2 млн человек. При этом руководство продолжает претендовать на расширение контроля над территорией.

«Стена дронов», выстроенная вдоль линии фронта, резко увеличила потери российской армии. В 2026 году в среднем гибнет около 9 тысяч человек в месяц — примерно 300 человек в день, по оценкам экспертов, опирающихся на региональную бюджетную статистику и данные о выплатах семьям погибших.

Рекордные месячные потери превышали 12 тысяч человек и фиксировались в отдельных месяцах предыдущего года. По сравнению с началом 2024 года число погибших на фронте удвоилось: тогда речь шла примерно о 4 тысячах в месяц.

Ключевые цифры

  • Около 9 000 погибших в месяц в 2026 году (в среднем).
  • Рекордные потери — свыше 12 000 в месяц в отдельных периодах.
  • Общие потери, включая раненых, — примерно 1,198 млн человек на начало 2026 года.
  • До ≈325 тыс. убитых — сопоставимо с населением городов типа Смоленска или Белгорода.

За четыре года войны потери армии в разы превышают советские и постсоветские кампании: в 17 раз больше, чем советская армия потеряла в Афганистане, в 11 раз больше, чем за обе Чеченские войны вместе, и в 5 раз больше, чем во всех войнах России и СССР после 1945 года.

Несмотря на гигантские людские потери, зона под контролем российских сил за последние два года выросла лишь на 8,4 тысячи кв. км — 0,6% территории в 2024 году и 0,8% в 2025‑м. В 2026 году впервые за три года отмечаются и территориальные потери: около 116 кв. км в апреле и 281,1 кв. км в мае.

При ухудшении экономической ситуации и падении рейтингов власти стратегические расчеты руководства не изменились — остается намерение продолжать боевые действия. В озвученных планах значится задача установить контроль над Донбассом до конца года; при этом возможны более широкие амбиции, вплоть до стремления к контролю над левобережьем Днепра и крупными городами.

В качестве военных целей также называются Херсонская и Запорожская области, хотя для руководства они менее «символичны», чем Крым и Донбасс.